А вам знакомо имя ибрагим

Стена | ВКонтакте

а вам знакомо имя ибрагим

А через месяц хозяин рыжего сам отмудохал кота соседа, что бы тот вызвал ментов . Вам знакомо имя "Ибрагим"? . А вы любитель пони, я погляжу?). Дабы не вызывать у читателя ощущенія вѣчнаго дня сурка, а также чтобы точныя даты событій Ибрагим вам что-нибудь говорит? Прекрасное имя. У меня знакомую тоже Ия зовут. Имя Ибрагим вам о чем-нибудь говорит?(с ) Знакомую зовут Вика. Недавно увидела её паспорт - тоже Вика, а не.

Ответ на это мы узнаем в конце произведения. Это и есть разгадка метафоры. Все дело в том, что последняя фраза есть не что иное, как прямая отсылка к кораническому стиху Сними же свою обувь. Суфии часто использовали этот образ. Только так — освободившись от себя самого — можно обрести Бога, слиться с Ним.

Итак, обувь — метафора эго нафса. Вот почему, когда Момо признается месье Ибрагиму, что находится в тупике, тот и предлагает ему купить новую обувь. На самом деле это момент инициации. Надевая обувь своего Учителя, Момо начинает практиковать то, что в суфизме называют рабитой букв. Однако в конце Пути в какой-то момент и обувь духовника, которая все это время помогала ученику продвигаться по Пути, также должна быть отброшена, поэтому Ибрагим и говорит: Нет, в самом деле, просто воняет Это же Голубая мечеть!

Место, которое пахнет плотью, и чем же это плохо? Почему же тебя отвращает место, созданное для людской молитвы и пахнущее человеком? У тебя чисто парижские замашки! А меня запах носков успокаивает. Ощущаю себя, ощущаю нас, следовательно, все пока нормально!

а вам знакомо имя ибрагим

А эта истина всеобщего тождества в Боге, по исламу, и является основой Пути. Все дело в том, что ислам не признает идею первородного греха, деформировавшего исконную природу человека.

По Корану, человек есть дыхание Бога нафха иляхия. Пророк так учил об этом: Другими словами, Ибрагим указывает Момо, что единая божественная природа изначально присуща всем людям без исключения.

Вот почему, если снять обувь, то есть наши ментальные коконы, сформировавшиеся под воздействием различных обстоятельств и культур, то абсолютно каждый сможет узреть справедливость слов Ибрагима: Но Момо сможет понять это только лишь спустя время. Тем временем наши гладиаторы, облаченные в доспехи творчества, под бурные овации трибун готовы сойтись в поединке. Но прежде чем они достанут из ножен свои концептуальные мечи, а из колчанов стрелы, разящие сердца зрителей, мы должны вспомнить одну известную истину: Сегодня вспомнить об этом особенно важно: При этом он произносит не пафосную речь большого дяди в костюме и галстуке.

В свитере и джинсах, даже не поднявшись на сцену, он заводит со зрителями, как со старыми приятелями, теплый разговор по душам. Признаться честно, это трогает. Возникает невольное ощущение, что ты пришел не на спектакль, а заглянул к своим старым друзьям в гости. Затем поприветствовать зрителей выскакивает буквально на мгновение, словно у него что-то подгорает на плите, режиссер Нуризянов. Театр-то выживает без бюджетных дотаций, и за каждый арендованный сантиметр площади приходится платить. В перерыве Степанцов снова среди зрителей, высыпавших к буфету в крошечном холле: Но и после спектакля, несмотря на поздний час, его устроители не спешат по домам.

Директор провождает гостей, режиссер ведет беседы с самыми интересующимися из них, а актеры, безостановочно отработавшие на сцене весь спектакль, терпеливо фотографируются с почитателями их таланта, выстроившимися в очередь.

Я, конечно, далеко не самый заядлый театрал в нашем городе. И вряд ли мою оценку можно считать системной.

а вам знакомо имя ибрагим

Но ничего подобного ни в одном из государственных театров мне встречать не доводилось. ТЮЗ — не исключение. Да, в государственных театрах к зрителям могут обратиться перед премьерой и в дни фестивалей. Зажигаются прожектора на софитах. Режиссеры выводят на поле боя своих солдат — актеров. Количественно их силы почти равны.

У Нуризянова три бойца, у его противника — четыре. Малочисленность актерского состава призвана стать скорее плюсом, чем минусом, ибо минимализм, во-первых, соответствует аскетичному духу суфизма, а во-вторых, подталкивает режиссеров придумывать оригинальные ходы. Это хорошо понимает Нуризянов, который на протяжении спектакля виртуозно тасует своих актеров, задействуя их в самых разных ипостасях. При этом зритель легко погружается в общую атмосферу истории и не придает значения, что разные роли играют одни и те же люди.

Зайниев же свое изначальное численное преимущество упускает практически с самого начала спектакля, который у него если не целиком, то в значительной степени превратился в рассказ одного героя, повествующего о действиях других персонажей.

В этом режиме сценической аудиокниги удержаться внутри театрального действа у зрителя получается гораздо сложнее. Не менее аскетичны у режиссеров и декорации. У Зайниева это жалюзи, в которых есть окно и дверь. У Нуризянова — две деревянные конструкции. За минимализм художественного оформления сцены обоим режиссерам можно было присудить по одному баллу, если бы не одно но: Нуризянов весьма органично дает ей выражение, в том числе и в своем подходе к оформлению сцены: Поэтому балл этого раунда достается только.

В боевом арсенале Зайниева более именитые актеры: Против этой бронебойной катапульты класса С Нуризянов выкатывает куда менее обкатанное орудие — более молодой и не столь звездный актерский состав Айнур Низамутдинов, Айгуль Мухтарова, Эрик Галлямовкоторый пока не обременен высокими званиями. Нужно признать, что обе группы справляются с поставленными задачами великолепно, а в конечном итоге для зрителя именно это и является самым важным. Проблема, однако, заключается в том, что тюзовские актеры ведомы слепым генералом, который совершенно не понимает героев Шмитта.

Поэтому, например, образ господина Ибрагима у него получился абсолютно разорванным.

а вам знакомо имя ибрагим

В первой части спектакля он то и дело ведет себе нервно, дергано, что никак не согласуется с внутренним миром просветленного, а во второй части превращается в рупор вечности, вещающий, задрав голову, великие истины. Зайниев даже забывает добавить в речь господина Ибрагима восточный акцент, прямо упомянутый в той части исходного текста, которая вошла в его же постановку.

Они прекрасно отрабатывали обозначенные им эмоции. Просто эти эмоции были частенько неуместны и не складывались в цельный образ.

«Месье Ибрагим: суфийский баттл государственного и коммерческого театров»

Совершенно иное впечатление производит нуризяновский месье Ибрагим в исполнении Галлямова. Он легкий, играющий, смеющийся, без нарочитого пафоса многовековой мудрости.

Он скорее плутоватый Ходжа Насреддин, чем стереотипный просветленный, бронзовеющий в отсвете бесконечности и своего глубинного знания. Как и подобает людям, внутренне освободившимся от плена этого мира, он словно парит над жизнью. Все это мастерски передано в игре Галлямова. Подобное прочтение месье Ибрагима более соответствует духу подлинного суфизма и всей смысловой канве исходного произведения: Таким образом, Нуризянов через фенотип Ибрагима более гармонично выразил общий геном пьесы и поэтому зарабатывает дополнительно режиссерское очко.

Исходное произведение Шмитта многослойно: В той или иной степени обе постановки стараются этому следовать. Театры квалифицируют спектакли своих режиссеров соответственно как трагикомедию и грустную комедию. Однако у Нуризянова юмора, в том числе и чисто режиссерского, намного. Раунд пятый — режиссерские решения. Нуризянов обрушивает на нас целый дождь блестящих ходов.

Интимная сцена, показанная через чувственное, но остающееся в рамках приличия, переплетение рук, ожившая копилка-свинья, воссоединение Учителя с вечностью через образ медитирующего суфия, напоминающего Будду, подсвеченного голубым светом и многое другое. Зайниев отвечает ему скромным залпом нескольких удачных находок.

Кандибобер — Lurkmore

Закрытость и эгоизм отца Момо переданы у него через зонт, которым он отгораживается от людей и который использует как торшер, светящий лишь ему одному. Разница в широте души матери Момо и его учителя показана в том, что она дарит родному сыну всего лишь игрушечную машинку, а он покупает ему настоящий автомобиль той же марки. Впрочем, такого рода авторских режиссерских решений у Нуризянова многократ. При этом он вчистую кладет на лопатки свое соперника одним совершенно потрясающим приемом.

За прошедшие пять лет РКБ в два раза снизила коммунальные расходы. Но никто же спасибо не говорит за. Ни один проверяющий не спрашивает: Во всех организациях проверяющие почти каждый день. Слава Богу, мы от них ни разу не пострадали. В один год министр жаловался, что у него было только пять дней без проверок.

В какой-то год у нас тоже была такая же ситуация — лавина проверок.

«Месье Ибрагим: суфийский баттл государственного и коммерческого театров»

Если говорить о том, как победить коррупцию, я считаю, что нужно все, что мы делаем, перевести в электронный вид. На предыдущем месте, работая почти 20 лет руководителем, у меня ни разу не было выездной проверки.

+100500 Эпизод 11 - Кандибобер

Проверки были все камеральные, потому что вся наша работа была в электронном виде и доступна для удаленного контроля и изучения. Наш Глава Владимир Васильев. Наверное, есть люди, которые злоупотребляют своими должностными обязанностями, и над этим, действительно, надо работать. Наши шприцы десятки тысяч в год в РКБ мы приобретали по цене от 3 руб. Шприцы за 5, 6, 9 рублей мы покупаем не так много — штук 30 в год, и они идут по специальным назначениям.

Люди часто пишут, что врачи просят больных самим приобретать медикаменты, говоря, что у больницы их. Лекарства надо давать обязательно. В любом правильно составленном государственном задании должно хватить денег на лекарства. Или государственное задание составлено неправильно, или закупают неправильно, или люди на месте ведут себя неправильно.

Как только мы начали работать, в РКБ железным правилом было, чтобы лекарства, питание и постель у каждого пациента были такие, какие должны. Мы в больнице поменяли все кровати, матрасы, медицинскую мебель, купили по четыре комплекта белья на каждую койку. Практически все необходимое нам удалось сделать, и мы не просили дополнительно денег в ФОМСе. Также ни одного рубля мы не получили из республиканского бюджета. Я думаю, когда Глава республики и министр требуют, чтобы были нормальное питание и медикаменты у каждого больного и достойные условия — это абсолютно справедливое требование.

Если лекарств в больнице нет, значит, надо разбираться, что там происходит на самом деле: Многие говорят о том, что сегодня показатели числа онкобольных в республике намного больше, чем это было раньше.

Вы, как онколог, что можете сказать об этом?

Действительно есть тенденция к увеличению или начали лучше считать и диагностировать? Сегодня есть очень радостная ситуация по онкологии в Дагестане. У нас в два раза ниже заболеваемость и настолько же раз ниже смертность от злокачественных образований по сравнению с другими регионами России. Отчасти это объясняется возрастным структурным составом нашего населения.

У нас много детей, а дети реже заболевают онкологией. Если взять взрослое население в других регионах и у нас, у нас будут цифры лучше, но не настолько. Наши предки жили и работали ежедневно в трудных условиях, из родившихся выживали детей, 8 в лучшем случае, но более крепкие.

Питались только тогда, когда были голодные, не ели всего того, что сегодня люди едят. На сегодняшний день значительная часть потомков тех людей переехала в город. Многие из них ведут малоподвижный образ жизни, питаются суррогатами, ГМО и. Происходит так называемая урбанизация. Мы постепенно по статистике заболеваемости будем приближаться к другим регионам. Но я, как хирург, могу точно сказать, что у нас народ крепче, чем в других регионах. У нас сильнее иммунитет, реабилитационные возможности организма и кроветворная функция дагестанцев.

Я имел возможность в этом убедиться, изучая людей в других регионах, включая Австрию, Германию, Францию, Израиль, Татарстан. Дагестанцы — крепкие люди, особенно те, кто живет в горах.

Но это все постепенно размывается. Нельзя говорить, что у нас сегодня большая проблема с онкологией, но то, что учреждения, которые оказывают онкологическую помощь, остро нуждаются в модернизации и расширении своих возможностей — это. Надо помочь онкологической службе республики. Но, тем не менее, какова ваша оценка уровня профессионализма дагестанских медиков? У нас много ученых, у которых большие заслуги.

Я два года был председателем выпускной экзаменационной комиссии на лечебном факультете ДГМУ и в этом году был в экзаменационной комиссии. Могу сказать, что в динамике положение становится. Я считаю, что нынешний ректор — профессор Маммаев Сулейман Нураттинович является настоящим жрецом того, что он сейчас делает, это большое приобретение и для Дагестана, и для науки.

Он замечательный врач, очень талантливый и продуктивный ученый. Он очень уважаемый в своем кругу специалистов терапевт-гепатолог.

За последние два года очень многое сделано в Даггосмедуниверситете, и я думаю, что там внутри реально все меняется — и отношение студентов к учебе, и возможности учиться. Думаю, в этой связи можно смотреть с оптимизмом в будущее. Наверное, только входите в курс, знакомитесь с делами, но, возможно, какие-то моменты, на которых вы сконцентрируете работу в дальнейшем, вам уже очевидны? Второе — весь коллектив остро осознает необходимость перемен.

Третье — здесь есть возможность полностью оптимизировать работу, никого не увольняя, ничего не разрушая. Есть необходимость — первое — полностью реструктурировать учреждение. Второе — провести реструктуризацию управления, реструктуризацию государственного задания, оптимизировать профиль госпитализации в учреждение. Создать достойные условия для диспансеризации прикрепленного контингента — это Народное Собрание, Правительство республики, Аппарат Администрации Главы и Правительства РД.

Ибрагим Магомедов: «Мы работали чисто и честно»

Это дорогой для государства контингент, их нужно поддерживать в здоровом состоянии. Если заболели, быстро возвращать в строй. Народу выгоднее, чтобы они работали. Татарстанские руководители принципиально лечатся там, где живут. С них в последнее время мы берем пример. Также в РМЦ контингент очень уважаемых народом людей. Это ветераны войн, труженики тыла и. Здесь к ним всегда очень хорошо относились, но тем не менее нужно и для них облегчить прием, пребывание здесь, создать условия для дистанционных консультаций и обследований, чтобы в некоторых случаях предотвратить необходимость госпитализации.

Но если госпитализация будет необходима, ни в коем случае в этом отказано не. Есть необходимость расширить диапазон оказываемой здесь медицинской помощи.